| RSS
Ср
2022-05-25, 07:39
Весна поэтов
Главная Стихи
Меню сайта


Категории раздела
Ларин Дмитрий [10]
Ларин Макс [9]
Людоговская Юлия [11]
Леонтьев Андрей [32]
Лебедева Юлия [7]
Левин Сергей [8]
Лепетюха Наталья [27]
Лигун Наталья [58]
Липгарт Владимир [51]
Литвин Михаил [125]
Лихтгештальт Мария [8]
Ломакиниди Катерина [10]
Лушников Анатолий [14]
Луцкий Марк [36]
Луценко Наташа [26]
Лях Виктория [9]

Живи ярко!

Мини-чат

Наш опрос
Оцените наш сайт
1. Отлично
2. Хорошо
3. Нормально
Всего ответов: 473

Статистика

Главная » Файлы » Буква Л » Ларин Макс

Юдоль звонков (Анфилада монологов)
2006-12-06, 23:45
Предисловие.
  
   Безумный бред бездушных монологов
   Достойное причастие одно
   Раздал, как хлеб и крепкое вино,
   Все каждому, но скрыл печаль налогов.
  
   Коварством стен и стражами порогов
   Пространство на клочки рассечено,
   И не растет горчичное зерно
   В тени сердец за проволокой острогов.
  
   Век монологов, разделенья век,
   Утраченных иллюзий злая чара.
   Исполнены очей не для кошмара
   Мы в жизнь пришли - для осознанья вех.
   В углях раздует жар кузнечный мех
   И воду доведет до грани пара...
  
  
   Вступление.
  
   Мрак...
   Полумрак...
   Дождь моросил.
   Старый башмак
   Дверь отворил,
   Петлями скрипнув,
   В луже всхлипнул.
  
   Время стоит...
   Медленно, медленно свозится на гору страшный груз...
   Не отвратит
   Молодому еврею адовы муки, стоны из уст.
   Станут врагами друзья и подруги,
   В глаза заглянет жестокий рок,
   В смутную пору детские руки
   Вывернет, болью пронзит бок.
   Скользкой, холодной змеею
   Ненависть в сердце жалит,
   Силясь сровнять с землею,
   Топчет, сечет, ранит...
  
   Дождь моросит,
   Тело дрожит,
   В школу Исус спешит...
  
  
   Часть первая.
  
   О, школа!
   Непреложные законы,
   Не приняты вы были мной и в детстве,
   Где за строкой скупого протокола,
   Ты, школа!
   Насаждала в юном сердце
   Кровавую печать раскола,
   Деля людей по баллам на три зоны,
   Не те, что призмой лишь разделены
   В луче едином,
   Но непримиримо:
   На избранных,
   отверженных,
   терпимых,
   Отмеченных улыбкою судьбы,
   Иль ею обделенных.
   Затравливала искони свободных,
   Искала власти, души разделяя,
   Жезлом железным детство направляя
   К труду покорному в немой стране.
  
   Теперь вождя не лепят на стене,
   Но бюст его по-прежнему стоит,
   С прищуром хитрым стережет одежду.
   И кажется, вот подмигнули вежды,
   И он мне тихо-тихо говорит:
   "Его б украл, да где же руки, ноги,
   Где тело, чтоб надеть пальто,
   Которое к тому же за решеткой..."
  
   И впрямь - РЕШЕТКА!..
   Смейся ж пересмешник,
   Ликуй же дьявол, торжество оков
   Ты утвердил, задав мерилом внешним
   Паденью нравов - множество замков.
  
   Разбил бы Моисей скрижаль на слоги,
   Когда б не Иисуса монологи,
   И Мышкина не видел бы капот
   Средь многоцветья тканей за решеткой.
  
   ----------
  
   Как странно необычайно,
   Как страшно, хоть не случайно,
   Но вдруг, распахнуть дверь,
   И видеть, как алчно гонится
   За веком на дикой скорости
   Юность - шальной зверь.
  
   Опасный возраст,
   Рычащий возраст,
   Бас в голос,
   Бес в мозг,
   Без розг,
   В жизнь мост.
   -- Что честь?
   -- Дай есть.
   -- Кинь кость.
   Иначе злость,
   Иль месть.
   -- Что честь?
   -- Что истина?
   -- РОР, брависимо!
   -- ROCK жив!
   -- SEX - слив.
   -- Гони баксы! Новая такса.
   -- Что истина?
   -- Что любовь?
   Кипит кровь.
   Бурлит гнев.
   -- Я вырос.
   Щек сытость.
   В сердцах - сухость.
   В висках - скудость.
   Крик протеста.
   -- Каждому свое место.
  
   ----------
  
   -- Здравствуйте, дети.
   Вновь солнце светит,
   И все хорошо по-прежнему,
   За это мы благодарим нашу партию
   И лично... о, нет... Нет Брежнева.
   Кого ж?.. Хм... Хартию!
   Закон во все времена -
   Опора, седло, стремена!..
  
   Эээ... Вот закон Ньютона.
   Открыт он был случайно,
   Но даже листья клена
   Ему подвластны втайне.
   И потому Ньютон -
   Великий чародей,-
   Сумел открыть закон,
   Под яблоней вздыхая,
   Он по стволу не лез,
   Божественных чудес
   Душою не взалкал,
   Копал просторы дней,
   По вечерам зевая,
   И молча ожидал
   Большого урожая.
   Возясь всю жизнь в песке,
   Дождался ведь Ньютон!
   Ну, поняли закон?
   Раз да,- Исус, к доске.
   Нам все повторит он.
  
   -- Великий маг, астролог и ученый,
   Дитя Творца, блистательный Ньютон,
   В небесных сферах созданный закон
   Познал, узрив паденье листьев клена.
  
   Он видел: лист пока еще зеленый,
   Стволом с землею прочно сочленен,
   Красив и молод, жизнью наделен,
   Ему б летать, да нет в миру закона,
   К которому свой разум приложить
   Он мог бы, и лететь, и жить,
   Постигнуть мира горнего величье...
  
   -- Ну, нет. Долой поповское двуличье!
   Пусть нам расскажет, что открыл Ньютон,
   Наш новенький, Пилатов Купидон.
  
   -- Безумно скучно, поверьте,
   Было простому Ньютону
   Прохладный встречать ветер
   Под кронами яблонь и кленов.
   Как трудно плодов созреванья
   Дождаться, когда чистоганом
   Дразнит солнца сиянье
   В лазури с крахмальным паром.
   Манит перебором гитара.
   Красавица с вглядом гордым
   Отвергнутая рыдала,
   Но он оставался твердым.
   Жала вражды кровной
   Она ему в грудь вонзала,
   Ведь то, что открыть должно,
   Цыганка не знала, не знала.
   Сердце его кинжалом
   Стремилась вырвать наружу.
   Ей яблоко в груди упало,
   Великий закон не нарушив...
   ...........................
   Прошу простить вас, трепетные сэры,
   Меня за исполненье романсеро.
   Жаль, что не смог, сплетая смыслы в нить,
   Прекрасной дамы рифмы повторить.
  
   -- Я тронута, Пилатов Купидон,
   Сладкоголосым, жарким перепевом,
   Все органы пронзил гитары стон
   И даже... Перемена. Перемена.
  
   ----------
  
   Это чудо - перемена,
   Можно вырваться из плена,
   Можно покурить,
   На просторе или в школе,
   В туалете или в холе,
   О плохом забыть.
  
   ----------
  
   Мерзко звенит звонок,
   Гоня всех на урок.
  
   ----------
  
   -- Здравствуйте, дорогие.
   Еще не забыли
   Свою престарелую классную даму?
   Где летом вы были
   И дали какие
   Видали, и чувств принесли ль амальгаму?
   Мы классиков с вами из разных веков
   Сплетем в несравненный, ажурный покров.
   Толстой и Тургенев - титаны культуры -
   Откроются нам и с другой стороны -
   Глашатаи
   новой
   литера-
   туры
   Нашей
   свободной
   советской
   страны.
   Время
   поставит
   гигантскую
   точку
   В списке
   достойных
   новых
   времен,
   Свезет
   остальных
   под единую
   кочку,
   Вытравив
   кровью
   с прежних
   знамен.
   Отправимся с вами к сказочным далям,
   Ласковым ветром сердце омыв,
   Будем достойны
   И-
   осифа
   Сталина,
   Память
   о нем
   навсегда сохранив.
   Кстати, узнала на школьном совете,
   Новенький прибыл из дальних краев,
   Может расскажет, как на континенте
   Наших духовных боятся ручьев?
  
   -- В альпийских предгорьях бродил по лесам,
   И вдруг повстречался романтик,
   Распахнутый взгляд устремлен к небесам,
   Я ему говорю: "Прикарманте.
   А если нет, то незачем и смотреть,
   Смотрите на землю лучше,
   Ее мы взломим, ее мы треть,
   Иль четверть, смотрите глубже.
   Не бойтесь
   встать на скользкий карниз
   Грубости.
   Устали от поэзии листа
   плоского?
   Так бегите к трибуне,
   так лезте ввысь,
   Так празднуйте
   пространственность
   Маяковского.
   Так возьмите скальпель,
   Встаньте за плуг,
   Оживляйте
   Мертвые
   капиталистические души,
   И не пяльте
   Глаза на лазурь, мой друг,
   Хватит уже
   бить баклуши.
   Мы
   по мозгам
   проскачем
   верхом,
   Кровью
   марая
   стяги,
   Разрушим
   мечем
   старых вер
   ком,
   Наша вера -
   работяги.
   Но вера
   не в мощь
   человечьих
   туш,
   Что в доменном
   зное
   изноют,
   Машинным
   телам
   исполняем
   тушь,
   Что логику
   горлом
   строят.
   Я говорю Вам,-
   религия - чушь,-
   В космосе нет
   бога,
   Вот взял я спутник
   и в небо лечу ж,-
   "Бог,
   где твоя берлога?!"
   Литературу буржуев
   преобразим,
   Каждый
   на голову
   станет
   ниже.
   Граф Толстой!
   Босиком ходил?
   Хотел к крестьянам быть ближе?
   Пожалуйте, граф,
   на броневик.
   Вы - зеркало?
   Так дайте в ответ руку.
   Летит
   по небу
   красный
   комбриг
   В красных штанах,
   не в брюках."
   Ему так сказал, и он пошел
   Проповедовать евангелие Мира Нового,
   Читать "Ленина" и "Хорошо",
   Отращивать усы, как у Буденого.
  
   -- Прекрасные слова, достойный стиль и поза,
   Со временем узнать могла б тебя страна.
   Да, я потрясена. Ну, что Толстого проза,
   Когда такая стать поэту отдана...
   Пред тем, как продолжать послушаем Исуса,
   Ведь даром говорить он тоже наделен;
   Вот только жаль, что бог ему не додал вкуса,
   И новой жизни стиль наврядли понял он.
   О чем расскажешь нам? Прочел ли ты "Двенадцать",
   Поэму "Хорошо", иль прозу Ильича?
   Без знания программ за веком не угнаться.
   Надеюсь, говорить начнешь не сгоряча.
  
   -- Серебрянного зеркала печальные осколки
   Роняли лунный блеск в сосуд мистичных чар,
   Неся исканий свет чрез Богом данный дар
   По миру, - пусть в руках лишь тощие котомки...
  
   Но не зовут уж вдаль прощальных фраз обломки,
   Угрюмая вуаль, болот багряный пар,
   Стеной разгородив на части скорбный шар,
   Украсила замком награбленного полки.
  
   Серебрянное зеркало, не вняв анахоретам,
   Спешило отразить лик Солнца роковой,
   Но яркий луч глаза запорошил золой
   Сожженного бревна, ведь вопреки заветам
   Властительным огнем и лучезарным светом
   Омылось наперед крещения водой.
  
   -- Послушай. На простой стене висит
   Овал, дарящий наше отраженье.
   При чем же тут какое-то крещенье?
   Купи другой, когда один разбит.
   Иль может кто тебе мешает в этом?
   Поведай нам, но только не сонетом.
  
   -- Мраморные лица каменного века,
   В погребе пылится совесть человека,
   Слепнет в подземелье, в холоде дрожит,
   Тяжкое похмелье, кол в мозги забит.
   Не спасет сознанье знание молитв,
   Кровоизлиянье греет жажду битв,
   Трупы на поленьях, сожжено добро,
   В светопредставленье тонет серебро...
  
   -- Нет, ты совсем теряешь разум видно.
   Ну, как могу тебе я доказать
   То, что и так всем людям очевидно -
   Тебя не просят думать, нужно - знать,
   Учиться... А за мысли отвечать,
   Тем более за те, что так обидны...
  
   Звенит звонок. Ну, что ж. Прервал он нас.
   Договорим с тобою в другой раз.
  
   ----------
  
   -- Если есть в этом мире священное,
   то только здоровое тело,
   полное красоты и гармонии
   шагает широким путем.
   Ему улыбнется солнце,
   ему улыбнутся звезды,
   лишь криво оскалится тьма за углом,
   его пропуская вперед.
   Достойному телу гордость
   сопутствует и удача.
   Лишь сила растет беспредельно,
   лишь сила всегда в чести.
   Преодоление - счастье
   все возрастающей власти,
   могущества и победы
   над телом и над собой.
   Боритесь за силу в мышцах,
   творите с любовью тело,
   пусть будет несокрушимо
   оно в суматохе дней,
   пусть дарит вам ощущенье,
   что именно вы, не кто-то,
   должны стать примером мощи,
   незыблемости побед.
  
   -- Можно вопрос?
   -- Конечно.
   -- А что, если рядом немощь?
   -- Зовите ее с собою
   к великой цели своей.
   -- А что, если кто-то против?
   А что, если вам мешает?
   А что, если не заметит,
   или не примет вас?
   Если поет страданье:
   коль бьют - подставляй ланиты,
   смиренье - вот добродетель,
   терпите, поможет БОГ?!
  
   -- Да что его слушать. Есть уж
   один, прямо в нашей школе,
   поет целый день о боге
   и ночью небось не спит.
   Ему же бог дал болезни,-
   два года в последнем классе
   сидел уж, теперь пред нами
   дурацкую песнь скулит.
   Страданье лишь треплет нервы,
   а значит мешает жизни,
   а значит мешает цели,
   а значит мешает всем.
   Нет, с нами лишь те, кто в силе.
   Пусть гибнут урод и слабый,
   а мы на знамена впишем:
   "Поможем им умереть"...
   А ты ведь я вижу в форме,
   и на кистях мозоли,
   и взгляд у тебя не робкий.
   Чего ж эту чушь несешь?
   Ну, этот сродни... понятно
   кому, а твои вопросы
   меня просто удивляют.
   Быть может и ты... из них?
  
   -- Ну, хватит болтать! По кругу.
   Бегом. И чтоб я не слышал
   больше ненужных споров,
   ведь перед вами цель.
  
  
   Часть вторая.
  
   -- Постой, Исус! Что мокнешь под дождем?
   Давай через пустырь пойдем вдвоем,
   Под куполом зонта укрывшись от небес.
   Пусть молнии Зевес повсюду мечет,
   Ты - чет, я - нечет, пройдем меж них,
   Ведь нас двоих объемлет пустота...
   И оба мы прекрасно понимаем,
   Как каждый в ней хандрой обуреваем,
   Но боремся по-разному мы с ней...
   Ты царь мечты, а мне подчинены
   Все люди, что желанием полны,
   Их от рожденья тянет жить во сне.
   Из рук моих пьют наслажденья яд
   И, обольщаясь счастьем водевиля,
   Наседку видят в облике Плеяд,
   Приняв на веру, просто, без усилий.
   Мне благодарны по гроб жизни будут,
   Мой грех простят, как о своих забудут.
   И вновь придут о помощи просить
   Их от сомнений жизни защитить.
   Ну, а твои мечты, зачем они?
   Коль жизни погасил в себе огни,
   То по реке уже не сможешь плыть
   И над потоком голову поднять,
   И новых мест не сможешь увидать,
   Зато, конечно, сможешь упустить.
  
   -- Перед людьми с омытыми руками
   Ты будешь чист, но грязь твоя с тобой,
   Вокруг сгустившись мрачной пеленой,
   В теченье жизни мчит под облаками.
  
   Уже влечет тебя к помойной яме
   Событий плен, свершаясь чередой,
   В ленивой блажи названный судьбой,
   Слепой, движимой Божьими руками.
  
   Но Он в горах питает жизни реку
   Источником кристальной чистоты,
   А ложью наполняешь воды ты
   И в ней плывешь от века и до века,
   Не понимая званья человека,
   Всевышней о тебе благой мечты.
  
   Прикован цепью тяжкого порока
   К веслу галеры, в коей царь - Эрот -
   Зачатый изобилием урод,
   Сын бедности, рожденный раньше срока,
  
   Забыл ты вид хрустального истока,
   Что за порогом радужных ворот
   Не манит тусклым светом, но зовет,
   Слепя глаза, любовью ясноокой.
  
   Лишь против ветра птица в высь летит,
   Лишь против ветра знамя гордо реет,
   Лишь против ветра поднимают змея,
   Так против зла людского путь лежит.
  
   Вначале в луже отмывают щит,
   Потом в ручье и лишь в конце в елее.
  
   -- Куда, Исус?! Зачем ты под дождем?
   Иди под зонт... Пойдем вдвоем... Вдвоем...
  
  
   Часть третья.
  
   -- Послушай, Купидон, я не могу понять,-
   На школу променял ты лучший из лицеев,
   В учителя избрал каких-то лицедеев,
   Иль в институт уже не хочешь поступать?
   Зачем приехал ты?
   И где твои мечты?
   Честолюбивый план неужто уж оставил?
   Всю жизнь был, как отец -
   Неистовый гордец,
   И вдруг в такой предел стопы свои направил.
   Что делать мне с тобой?
   Ты потерял покой.
   Быть может ты влюблен? Но это ли причина!
   Ведь девушек полно,
   Лишь выгляни в окно -
   Любую покоришь. Ты - золото мужчина!..
   Другой причины я не в силах отыскать.
   Не мучай же меня. Скажи же мне. Я - мать!
  
   "Хочу метанья прадеда понять.
   И свой лицей на школу я сменил
   Затем лишь, что Исус меня пленил
   Возможностью узнать разгадку.
   Как палка, в два конца загадка:
   Свобода или рабство - власть?
   Свобода или рабство - сила?
   Рабами можно править всласть,
   Но быть рабом - невыносимо.
   Я с детства научился узнавать,
   Где кнопки у людей, на что нажать.
   Кто полюбить за пуговицу может,
   Кого улыбка ненавистью гложет,
   Я сотни раз людей обворожал
   Лишь тем, что слух и зренье ублажал,
   Стрелу или кинжал пускал в ход не краснея,
   Но пращур мой меня был не глупее,
   К тому ж наместник, значит выбирать
   Он мог, но почему не выбрал?
   И как толпа определила выбор?
   Старик всегда мог ею управлять,
   Он первым был, единый абсолют...
   Неимоверна власть незримых пут.
   И есть уж на моей они тропе?
   А потому: верна ль моя затея?
   Ведь вот Исус сейчас меня сильнее,
   И сила в нем такая, как в толпе,
   Хотя, пожалуй, качества иного.
   Он не подвластен. О, как это много!
   Но это мне, а той, слепой,
   Бездушной воле роковой?..
   Да, жаль, что не могу проверить...
   Ведь только раз дано нам жить,
   И только в смерть пристойно верить,
   Не устает она кружить...
   Вот... чье усилье не бесплодно,
   Вот беспримерна чья вина,
   Вот кровь с улыбкою голодной
   Пьет безнаказанно она!
   Он не подвластен? Ну уж дудки!
   Желудку - да, а смерти - нет.
   "... но Бог восстал на третьи сутки..."-
   Мотивчик стар, затерт, запет.
   А впрочем... Вот сюжет. Ни что мне не помеха.
   Иуда должен быть, толпа и жизни веха,
   Чтоб вновь предстать судьей меж истиной и злом,
   А в ночь на третий день у гроба встать столбом.
   Здесь вера не нужна, мне опыт даст ответ.
   И сам узрю тогда: воскреснет или нет.
   Коль смерти динамит откроет к жизни двери,-
   Через круги обид пройду, как Алигьери."
  
   -- Скажи ж, хочу я знать.
  
   -- Тебе меня конечно не понять.
   Ведь не гнетет тебя любовный пыл,
   Ведь угль любви в душе твоей остыл.
   А мне же нужно - рядом лишь страдать
   И взглядом нежный лик ее ласкать,
   И в мыслях слушать пенье Гименея.
   Ты ж снова мне твердишь о прелестях лицея.
   Иль чувств в тебе и не было, и нет?
   Ведь жизнь - чума, но в ней любовь - просвет.
   Я знаю, что как новая луна
   Была отцу ты часто не верна,
   Но я молчу, не будь же неразумна.
   Пойми, что я люблю. О, нет. Люблю безумно.
  
  
   Часть четвертая.
  
   -- Здравствуйте... Хотя вы не достойны
   Искренних приветствий этим утром,
   Выйдя из ворот благопристойных
   На простор анархией и бунтом.
   Как решиться смели на такое?
   Кто внушить сумел вам, что вы вправе
   Посягнуть на самое святое?
   Кто хочу я знать сим балом правил?
   . . . . . . . . . . . . . . . . . .
   Что молчите? Где ж вожак ваш смелый?
   Да и в вас вчера гуляла храбрость.
   Разрушать - всегда простое дело,
   Строить же - орудие не наглость.
   Думаете не могу узнать я,
   Кто склонил вас к этому уходу?
   В круговой поруке все вы братья,
   Но в любом роду не без урода...
  
   -- Анна Николавна, не корите,
   Не рубите властною рукою
   Узел, переплетший жизни нити
   Многих, одурманенных тоскою
   По величью подлинной культуры,
   Но с рязанским говором учить
   Языку нельзя. И как нам быть?..
   Мы же не ушли с литературы,
   С физики, да даже с физкультуры.
   А за что нам "Гретхен" полюбить?
   Лишь за голос кроткий, но его то
   Не приемлет в корне наше время,
   Мы трибун взрастающее семя,
   К Богу "Гретхен" с Шиллером и Гете.
   Впрочем, пусть в пыли библиотек
   Горбятся, кого отвергнет век:
   Софья Лювовна или вот Исус,
   Он вчера один был на уроке.
  
   -- Это отговорки, Купидон.
   Я конечно все могу понять,
   Но простить вас или оправдать
   Совесть не позволит и резон.
   Безнаказанность - дурманный мак,-
   В замкнутом кругу вдвойне опасный.
   Пусть разъест кольцо кислотный страх,
   При котором к брату безучастны...
  
   -- Анна Николавна, но ведь опыт
   Говорит за нас красноречивей,
   Ведь бунтарский шум шагов и хохот
   Издавна витает над Россией.
   "Коль терпеть нет сил, забудь о лени,
   Штык бери и в бой бросайся смело,"-
   Так учили партия и Ленин,
   Мы же продолжать хотим их дело.
   Но кумиром стал для Вас Исус,
   В сущности, товарищей предавший,-
   Не преодолели Вы искус
   Под личиной светлою представший.
   Вы его решили оправдать,
   Но весь класс уж осудил измену...
  
   -- Ладно... Отправляйтесь отдыхать,
   Уж звонок звенел на перемену.
  
   ----------
  
   Руки жадные тянет
   К яркому сердцу толпа,
   Строй палачей не престанет,
   Ярость зверей слепа.
   Скользкой, холодной змеею
   Ненависть в сердце жалит,
   Силясь сровнять с землею,
   Топчет, сечет, ранит...
   Восковые лица,
   В устах - яд.
   Впереди убийца,
   В мозгах - ад.
   Мощное тело,
   В глазах - муть.
   Делает дело -
   Плодит жуть.
   Разрушитель истин,
   Палач любви,
   Анатом жизни,
   Плащ в крови.
   Липкие лужи
   Глубиной до колен.
   "Бог не нужен,
   Он - плен.
   Нет бога -
   Нет греха!"
   Для рога
   Ткань мягка.
   Крик бестий
   Глушит стон,
   Разверзлась бездна,
   Вот он.
   Князь мира
   Правит бал.
   Черная лира,
   Рот ал.
   Длань распростерта -
   Смерть, вперед.
   Лицо полустерто,
   В усмешке рот.
   Из-за спины ветер,
   Ураган.
   Мертвые дети.
   Кровью пьян.
   За спиной потаскушка,-
   Мразь, змея.
   В руках игрушка...
   ...неужели?!.
   ...Я-а-а!!!?...
  
   ----------
  
   Хрустнула ветка, хребет преломив...
   Захлопнулась клетка...
   -- Зачем я жив?..
  
  
   Часть пятая.
  
   Среди слепых, смотрящих сквозь меня,
   Лишь ты один спешишь ко мне на встречу,
   Поняв, что жар полдневного огня,
   Не затеплив, расплавит жизни свечи.
   Пустых глазниц невспаханный надел
   Взрастит лишь терн, посеяв солнца леность.
   Как скучен путь в неведомый предел,
   Когда удел - седая неизменность.
   Мертвецки пьян убогий часовщик,
   И ход часов спешащих не поправить,
   Но лишь своей рукою бунтовщик
   Способен плоть в пределы боя вставить.
   В движенье гирь, в движенье чаш весов
   Есть высший смысл подавленного бунта,
   Где мерой в жизнь вплетенных голосов
   Была и будет выбора секунда.
   Смотри в меня, ведь я - твой сон, смотри.
   Познанья дар не предлагают дважды.
   Среди иллюзий утренней зари
   Как в зеркале свой путь увидит каждый...
  
   Далекий остров. Пламенный закат.
   Толпа слепых склонилась над усопшим.
   Им жаль себя, ведь это был не брат,-
   Закован в сон священник, зрячий, кормчий.
   От тела охладевшего, виясь,
   Приблизилось к слепцам дыханье смерти,
   Холодный блеск у ног кружил, смеясь
   Оскалом бледного коня из круговерти.
   Ужасна смерть, коль слеп в последний миг,
   Сродни убийце: сжал в стальном миноре
   Все время скользкий гильотины крик
   В пространстве тесном букв на приговоре.
   В слепой толпе опасен скрытый страх,
   Уж жала напряглись в пчелином рое,
   Толпа гудит, и голод на устах,
   И конь в глазах, что был игрушкой Трое...
   Но пламя гнева улеглось в речах,
   Когда вести толпу решились трое.
  
   Был благозвучен первый проводник,
   Смотрящий в линзы солнечных затмений,
   К громадам гор повел всех напрямик,
   Но пропасть не отбрасывала тени...
  
   Затем незрячий благодать обрел,
             Что видит лишь руками понемногу,
             Но потерял победный ореол
             Пока сквозь прах ощупывал дорогу.
   Последний же за спинами забыт,
   Чьи очи живы, но забиты глиной,
   Просил дождя, направив взор в зенит,
   Измучен ночью бесконечно длинной.
   До времени ушел в густую тень,
   Промыл глаза водою ливня с градом,
   И вот к нему пришел желанный день -
   Вдали увидел стены вертограда
   И к ним направил сотню босых ног,
   И в жизни колесе меж спиц вращался,
   Помог переступить через порог...
  
   Но сон на этом месте оборвался.
  
  
   Эпилог.
  
   Сверлящим криком будят нас звонки,
   Расплатою приходят к нам уроки,
   Ах, если б мы читали жизни строки,
   Ее пороги были бы легки.
  
   Но боги к нам по-прежнему мягки,
   И, с адом расплатившись за пороки,
   Мы новых зданий укрепляем блоки
   Неверными движеньями руки.
  
   Нам крест судьбы нести за годом год
   В лучах щедрот и в сумраке ненастья,
   А мы стремимся к колыбели счастья,
   Оставив ближним еледвижный плот.
   И приговор чернящих душу нот
   Спасает нас, пронзив другим запястья.
Категория: Ларин Макс | Добавил: maxlarin
Просмотров: 559 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Поиск

Счетчики

  • регистрация сайта в каталогах


  • Наверх сайта
    Copyright John © 2022