| RSS
Вс
2023-01-29, 07:54
Весна поэтов
Главная Альманах прозы
Меню сайта


Категории раздела
Авторы без страничек [46]
Джон & Лиз Магвайер [8]
Аванесян Гоар [0]
Авдеева Яна [2]
Астахов Павел [1]
Ахадов Эльдар [1]
Ауров Владимир [1]
Ахундова Ната [1]
Безродный Сергей [6]
Белова Маргарита [1]
Боровская Лилия [4]
Гейнс Лана [2]
Гаврилов Владислав [3]
Вильчинская Лариса [1]
Волконская Елена [2]
Воронкова Галина [1]
Гвоздева Ирина [9]
Загребельная Ирина [7]
Коновалов Сергей [1]
Кожейкин Александр [11]
Каневская Юлия [12]
Козлов Егор [3]
Казакова Екатерина [1]
Койда Елена [2]
Калашников Анатолий [1]
Котовская Лариса [3]
Лушников Анатолий [3]
Людоговская Юлия [1]
Махов Сергей [5]
Михайлов Евгений [1]
Михалев Игорь [1]
Мельцина Ольга [1]
Микуша Анжела [2]
Макарченко Вдадимир [2]
Нурлыгаянов Тимур [9]
Нора Аэни [2]
Наволокина Наталия [2]
Останина Анна [17]
Пугачева Светлана [4]
Прибыльская Елена [1]
Погребной Евгений [11]
Рыженко Алла [1]
Самойленко Наталья [4]
Ткаченко Алена [2]
Тубольцев Юрий [8]
Фанин Олег [2]
Шатунова Любовь [1]
Шарамыгин Владимир [5]
Хасипов Ренат [15]
Яунс Земенс [5]

Живи ярко!

Мини-чат

Наш опрос
Оцените наш сайт
1. Отлично
2. Хорошо
3. Нормально
Всего ответов: 473

Статистика

Главная » Статьи » Пугачева Светлана

"Колчак"
АВГУСТ 1914. ФИНЛЯНДСКИЙ ВОКЗАЛ.

Вокзалу было все равно куда едут все эти люди. Он сам, как и жизнь, состоял из бесконечной череды встреч и расставаний, горя и радости. Все, как всегда – толчея, смех, слезы, цветы, суета грузчиков и вестовых, клубы дыма паровоза... Только духовой оркестр на перроне, только патриотические лозунги над толпой, только форма морских офицеров на отъезжающих мужчинах и печаль в глазах, провожающих их женщин, только август 14-го... Война ждала этот поезд там - так далеко и так близко.
Анна - распахнутый светлый взгляд, легкая, нежная полуулыбка. Теперь, даже в самый трудный момент он сможет видеть ее – стоит раскрыть изящный медальон и с портрета, кажется, выплеснется целый мир, обдавая сладким, едва уловимым запахом любви. Сергей на мгновение замер, любуясь.
Спасибо. Теперь всегда со мной будут – ты и удача.
Я очень, очень скоро к тебе приеду, – торопливо заговорила жена, - Вот наш сын немножко окрепнет, и мы с ним сразу приедем.
Ты уедешь с Володенькой в Кисловодск. К своей маме, - Тимирев закрыл медальон и спрятал в нагрудный карман кителя. В его голосе слышалась легкая досада, – Аннушка, мы же договорились.
Нет – к тебе в Гельсингфорс, - настойчиво повторила она, - Я так решила и не будем больше об этом!
Сергей хотел что-то возразить, но Анна отчаянно зажала ему рот своей, почти детской, ладошкой. Ее глаза наполнились слезами.
Посмотри на других жен – они тоже провожают на войну, но не плачут, - тихо сказал Сергей, целуя руку, только что запретившую ему говорить.
Анна мельком взглянула на хохочущих женщин рядом с ними.
Это не жены, а подружки, - холодно ответила она.
Почему подружки? Видишь ту красавицу? - Тимирев кивнул на Нину, высокую, обаятельную девушку, - Подгурский стрелялся из-за нее, они тайно венчались... А хочешь, пойдем - я тебя со всеми познакомлю?
Я некрасивая сейчас, - смутилась Анна, - а по твоим рассказам я и так всех давно знаю – вон сам Подгурский, а блондин рядом с ним – Рыбалтовский... Огнивцев, Смирнов, из штаба – Михаил... забыла...
Иванович, - подсказал муж.
Да... - Анна уже не здесь, ее взгляд, ее мысли, все ее существо всецело обращены к чему-то новому, ошеломительному, появившемуся в этот момент на перроне. Что это – она еще не успела осознать, - Конечно... Иванович...
Последние слова прозвучали так медленно и отрешенно, что Тимирев, наконец, обернулся туда, куда так пристально и завороженно смотрела Анна.
По перрону, придерживая саблю, шел человек, быстро и упруго, словно печатая каждый шаг. И, казалось, ритму его шагов подчинилось все вокруг – раз, два... Собранность, устремленность, благородство – раз, два.... Смелость, утонченность и какая-то невыразимая скорбь – раз, два.... Померкла и размылась пестрая и суетливая картина расставания, есть только – раз, два - стремительный, сильный, притягивающий к себе человек.
Это Колчак-полярный. В молодости – три экспедиции в Арктику, его именем даже остров назван... Золотая сабля за Порт-Артур... - Сергей, стремясь хоть как-то разрядить ситуацию, говорил небрежно, быстро, с трудом скрывая легкую ревность, - Я тебе сто раз о нем рассказывал. Помнишь?
Раз, два... Завораживающий шаг... Или это так сердце бьется?
Аннушка! - Сергей почти кричит.
Анна вздрогнула. Снова – шум вокзала, голоса, смех... Все пронзительно, оглушающе, резко.
Колчак прошел к соседнему, второму вагону, где его ждала очень милая женщина.
- А это его жена Софья Федоровна, - Тимирев облегченно выдохнул, - пойдем же, познакомимся!
Анна, похолодев от самой мысли об этом, даже не в силах ответить – отрицательно покачала головой. Тимирев удивленно посмотрел на жену:
Что с тобой? Ты побледнела!
Душно... - слабо сказала Анна, - Я всегда бледнею, когда мне душно. Прости – что-то голова закружилась. Прости родной!
Сергей, отчаянным жестом последнего прощания, прижал к себе жену, кажется, стремясь утолить всю свою печаль нежным и долгим поцелуем. Резкий звон вокзального колокола, возвещающего отправление поезда, заставил Анну вздрогнуть и открыть глаза. Через плечо мужа она увидела, как Софья Федоровна – Соня - едва коснулась губами лба Колчака. «Им нет нужды на людях раздавать страстные поцелуи.» - подумалось ей.
Сергей поднялся на подножку поезда – как мучительны эти последние мгновения, когда точно знаешь, что уже ничего не вернуть и не изменить. Анна беспомощно опустила руки и могла только молча смотреть вслед мужа, который, махнув ей рукой, скрылся в темноте вагона. Перрон заметно пустел – офицеры садились в поезд. До Анны донесся голос Колчака:
Как устроюсь, я вас вызову. И, пожалуйста, Соня, балуй Славушку – лишней любви не бывает!
Ты считаешь, что я люблю его меньше, чем ты? - голос Софьи звучал с какой-то затаенной обидой. Или Анне это показалось?
Больше. В тысячу раз больше. Я не хотел тебя обидеть, - успокаивающе и мягко ответил Колчак. И вдруг, – Посмотри, какая славная жена у Сергея Тимирева!
Чуть вздрогнув от последних слов мужа, Соня оглянулась. Глаза женщин на мгновение встретились и они тут же отвернулись друг от друга, ослепленные молнией, пролетевшей между ними. Отвернулись к своим мужьям.
Сергей уже добрался до купе и теперь, в окне вагона стоял, как в раме, прижав руку к стеклу. Анна торопливо подбежала к окну, оркестр грянул прощальный марш, с шипением вырвался пар из-под колес тронувшегося поезда...
Тимирев, поцеловав медальон, показал его Анне – не беспокойся, с ним у меня все будет хорошо – помахал рукой. Анна рассеянно кивнула, уже почти не осознавая происходящего, потому что ее взгляд неумолимо притягивался к близящемуся соседнему вагону...
Там, в окне Колчак раскурил сигару, последний раз помахал жене... Все ближе и ближе. Видимо кто-то окликнул его - он обернулся куда-то вглубь вагона, а, повернувшись вновь, замер от потрясения – на проплывающем перроне, в клочьях паровозного пара – лицо Анны. Огромные, чуть влажные глаза смотрели прямо на Колчака. Кажется, прошла вечность...
Колеса ускорили ход, им в такт гремел оркестр, поезд был уже далеко, но все это было странно призрачно для женщины, потрясенно стоявшей на опустевшем перроне...
ВЕСНА 1915. БАЛТИКА, ГЕЛЬСИНГФОРС. КАБИНЕТ ВИЦЕ-АДМИРАЛА ЭССЕНА.

Жирным красным кружком Колчак обозначил на карте Данциг и провел такую же жирную красную линию до Гельсингфорса.
Минные заграждения в Финском заливе закрыли для немцев дорогу на Петербург. Я предлагаю теперь перейти к наступательной минной тактике, - Колчак был настроен решительно.
Что вы имеете ввиду? - переспросил вице-адмирал, поднимая глаза от карты на Александра Васильевича.
Мы войдем в Данцигскую бухту и заминируем ее здесь и здесь, - он так решительно провел на карте две линии, что стало ясно, как он хотел бы скорее воплотить это в жизни.
Эссен осознавая всю смелость плана, встав из-за стола начал быстро ходить по кабинету.
Запереть минами вражеский флот в его собственном порту?
Ночь и туман обеспечат скрытность операции.
Рискованно. Ах, как рискованно. Минировать под носом у противника! В сотнях метрах от базы! Таких опасных рейдов никто никогда не выполнял! - в голосе вице-адмирала слышалось и понимание всей заманчивости операции, и осознание всей опасности задуманного.
Николай Оттович, простите меня. Но если бы в такой рейд собирались вы, то я был бы категорически против, - Колчак прямо и уверенно посмотрел в глаза собеседника.
Эссен на секунду остолбенел – дерзость Колчака была неописуемой, но потом, вдруг, рассмеялся.
Наглец! Да, я бы не решился ни за что. Но с Вашим опытом минирования... - вице-адмирал снова стал серьезным и сосредоточенным, - Готовьте дивизион эсминцев, во главе с «Сибирским стрелком», к выходу в море.

ВЕСНА 1904. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. ОСТРОВА.

Погожий, светлый день, пронизанный всей свежестью, на которую способна весна. Отдыхающие блаженно прогуливались по парку, наслаждаясь благодатной природой. Пожалуй, только отдаленное пение куплетиста в кафе, что в самом центре парка, напоминало о том, что так хотелось забыть – о войне.
«Глупый кайзер зубы точит,
Он России гибель прочит,
Одного понять не хочет -
С Богом мы сильны!
И солдаты, и казаки
Разобьют тебя в атаке,
Убежишь с бесславной драки,
Потеряв портки!»
«Ах, скорее бы...» мысленно ответила последним словам, донесшейся до нее песенки, Софья Федоровна, вновь подумав о муже.
Нет не уговаривай, мой дом в Каменец-Подольском! - Дарья Федоровна никак не хотела согласится с дочерью, - Вместе с Федором Васильевичем жили, вместе рядом в земле лежать будем.
Соня хотела было снова ей возразить, но мать строго оборвала ее:
И кончен разговор!
В наступившем молчании снова слышалось пение куплетиста. Теперь дамы уже шли вдоль ограды кафе и могли видеть его на эстраде:
«И на море будет худо -
Перебьем твою посуду,
Что ни день, то топят судно
Наши моряки!»
Ну, а что твой муж? Пишет? - Дарья Федоровна перевела разговор в другое русло.
Давно ничего не получала. Беспокоюсь, - грустно ответила Соня.
Когда ему писать – он, вон, слышишь... - мать кивнула в сторону эстрады, - ...что ни день, то судно топит.
Соня рассеяно улыбнулась, погрузившись в свои мысли.
Дамы вошли в кафе и сели за столик. Куплетист осушил стоявший перед ним бокал и закурил.
Мама, война это всегда война. На ней убивают, - наконец заговорила Соня.
Так ведь и на улице можно под телегу попасть. Для этого так далеко ехать не надо, - не разделяя грустных настроений дочери небрежно ответила Дарья Федоровна.
При официанте, поспешно подошедшем в этот момент к столику, Соня говорить не захотела, только еще больше нахмурилась.
Чаю и кофею, - распорядилась мать.
Официант столь же поспешно удалился.
Мама, мне неприятно, что ты так говоришь. По твоему выходит, что Саша...
Твой Саша вполне мог бы остаться в Питере при Штабе. При Штабе-то и ордена скорее получают, - безапелляционно отрезала Дарья Федоровна.
Ты знаешь, мама, он все равно не усидел бы, когда идет война! - Щеки Сони вспыхнули румянцем.
Не усидеть на войну – это дело простое. А вот ты попробуй усидеть дома и не бросать на произвол судьбы жену с ребенком, и не трепать им вечною тревогою нервы! Ну, о себе, ладно уж, я не говорю...
Соня, задохнувшись от обиды за мужа, за себя и от той самой «вечной тревоги», всколыхнувшейся в ней, отвернулась от матери к куплетисту, который уже снова пел своим, чуть надтреснутым, голосом:
«Зря на Русь глаза ты пучишь,
Скоро пулю в глаз получишь,
Ведь на хищника метки -
Сибирские стрелки!»

ВЕСНА 1915. БАЛТИЙСКОЕ МОРЕ. ЭСМИНЕЦ «СИБИРСКИЙ СТРЕЛОК».

Жестокий, холодный ветер поднимал на море тяжелые, темные волны, заставляя дождь лить с какой-то остервенелой ненавистью. В этот шторм даже воинственный и мощный эсминец казался отчаянным и безрассудным вызовом стихии, которая, шутя, кидала судно из стороны в сторону.
На корме, оставаясь безучастными к неистовству погоды, два минера и молодой мичман «колдовали» над миной – вкручивали запалы. Заслышав четкие шаги, матросы и мичман вскочили – Колчак.
К утру успеете?
Так точно, господин капитан, - отрапортовал мичман.
Колчак, запахнувшись поглубже в плащ, пошел на другой борт. Вдруг, снова обернулся к мичману, сделав шаг назад:
Минрепа с вьюшки мотайте так, чтобы мина встала на семи метрах. Не меньше – на семи метрах!
Так точно, господин капитан! - с готовностью отозвался мичман и тут же обернулся к матросам, уже подкатившим мину к краю кормы, - Ставить на семи метрах!
Мину столкнули за борт и она исчезла в темной глубине – якорь, разматывая трос, увлек ее за собой. Уткнувшись в рыхлое дно, он заставит мину затаится здесь, среди других, таких же как она смертоносных машин, чуть покачиваясь, в ожидании своей жертвы.

Борясь с качкой, Колчак пробрался к левому борту. Там его встретили Рыбалтовский и Подгурский, спешившие со срочной вестью.
Перехватили радиограмму противника, - начал Рыбалтовский.
Два немецких крейсера вышли в море, - стремясь перекрыть гул волн прокричал Подгурский.
Давайте не будем паниковать раньше времени – твердо и уверенно ответил Колчак.
У нас сто мин на борту – мы, как пороховая бочка. Что будем делать? - как будто бы не услышав слов капитана, явно нервничал Рыбалтовский.
Продолжать минирование, - спокойно отрезал Колчак.
Мины одна за другой тонули в бушующих волнах. Подкатив к борту очередную, минер тихо обратился к товарищу:
На пяти метрах мины зависают. Здесь другая глубина.
Подумаешь, два метра, - равнодушно отозвался напарник, - Немец быстрее подорвется.
Командир приказал на семи ставить, - не унимался первый.
Ну, тогда ныряй в воду, сматывай, раз ты такой правильный!
Ветер с колючим дождем очередным порывом заставил матроса вздрогнуть и поежиться, представляя себе перспективу оказаться за бортом. Мина с глухим плеском исчезла в темной воде...

ВЕСНА 1915. ГЕЛЬСИГФОРС. ДОМ ПОДГУРСКИХ.

Анна Тимирева, только войдя вслед за Ниной в прихожую, с удовольствием вдохнула теплый аромат:
У тебя пироги пекут?
Горничная Подгурских проворно помогла им снять пальто и легкими шагами убежала хлопотать о чае.
Хочу пригласить Софью Федоровну – она приезжает завтра. Боюсь, правда, не придет – говорят в гости не ходит, - Нина говорила быстро и мелодично, - Близко к себе никого не подпускает. Она особенная.
Ей лет сорок? - небрежным тоном поинтересовалась Анна, следуя за подругой по коридору в гостиную. Проходя мимо дверей кухни, невольно залюбовалась ловкими и какими-то уютными движениями кухарки, раскатывающей тесто для пирога.
При чем тут возраст? Такие женщины – королевы до смерти. А какая отважная – весь мир проехала на пароходах, поездах, оленях. Встретила своего Колчака на краю света. Обвенчались. Такая любовь...
Анна явно погрустнела, слушая щебет подруги.
Нина, я устала,пойду к себе, - сухо перебив рассказ о великой любви, сказала она.
Я тебя без чая не отпущу – пойдем же скорее в гостиную, - и служанке, - Машенька, чаю принеси!
Войдя в комнату, Анна остановилась у большого, красивого зеркала, как будто вглядываясь в себя. Нина села за стол.
А мне муж рассказывал, как они воевали с Александром Васильевичем в Порт-Артуре, - вдруг с необыкновенной живостью заговорила Анна, - Представляешь? Колчак...
«Колчак, Колчак»! - теперь уже Нина бесцеремонно перебила ее, - Ах, он такой бесстрашный, ах, он полярник, он герой Порт-Артура!
Анна, осекшись и удивленно посмотрев на подругу, тоже села рядом и несколько мгновений рассеянно смотрела на то, как горничная накрывает на стол.
Нина, ты несправедлива к нему.
Может быть. Он – фанатик. У него одна женщина на всю жизнь – война, - холодно заметила Подгурская.
Может, Родина? - запальчиво вступилась Анна.
Может и Родина, - теперь уже слова звучали устало и равнодушно, - Только мне что за дело? Я всегда с мужем навеки прощаюсь, когда он уходит с Колчаком.
А я думаю, для мужчины это главное – любить Родину и уметь ее защищать!
Нина долго посмотрев на подругу, у которой от последних слов восторженно заблестели глаза:
Мой тебе совет – не влюбляйся!



Категория: Пугачева Светлана | Добавил: voiceofangel (2007-12-21) | Автор: Светлана Пугачева E
Просмотров: 874 | Комментарии: 1
Всего комментариев: 1
(Джон   
 

1 . Комментарий к произведению -

2007-12-22

  Написал (а) - Джон : Вот это очень понравилось. Фильм обязательно посмотрю когда выйдет. -(05:21)

 Ответ: :) Я всегда несколько презирала этот жанр - новеллизация. Сериалы-то идут никакие, а потом еще и книги выходят!))))))
Но тут - потрясающий материал, очень интересная история. И эпоха! Мне было очень интересно превращать скупые ремарки и реплики в живые и красочные сцены.

  
 
avatar
Поиск

Счетчики

  • регистрация сайта в каталогах


  • Наверх сайта
    Copyright John © 2023